— Ты что-то вдруг затихла. Ты точно не хочешь вернуться в отель? — заботливо спросил Ник. — Если ты устала, то мы можем прийти сюда завтра, чтобы увидеть твоих «выдающихся людей».

Келли покачала головой.

— Нет, я не устала, — сказала она, разочарованно оглядывая полутемный зал. — Но я не вижу никого интересного. — Она надула губки. — Ты, насколько мне известно, время от времени вращался в таких кругах. Ты кого-нибудь узнаешь?

Ник мотнул головой.

— Прости, Келли. Видимо, известным людям никто не сообщил, что это якобы их любимое место. А почему тебя так это интересует?

— Я просто хотела сделать и послать Маку несколько снимков, чтобы он не думал, что я сижу тут сложа руки, ожидая, пока будут готовы документы, — ответила она, еще раз сосредоточенно обводя взглядом зал. — Он был не очень-то доволен моей задержкой здесь, когда я говорила с ним на прошлой неделе. Он сказал, что из Мехико, видимо, труднее выехать, чем из страны с «железным занавесом».

— А ты говорила ему о сложностях с нашим браком? — как бы между прочим спросил Ник. Келли покачала головой.

— Тогда бы я вообще никогда не избавилась от нравоучений. Мак и так считает, что я вечно влипаю во всякие истории. Какой смысл давать ему в руки еще один аргумент? Нет, я просто попытаюсь сделать пару интересных кадров, чтобы успокоить его. Если, конечно, мне удастся… — Внезапно она замолчала и судорожно сжала руку Ника. Наклонившись поближе к нему, она возбужденно зашептала: — Ник, посмотри в кабинет в дальнем правом углу зала. Эти двое мужчин мне очень знакомы. Ты их не знаешь?

Ник посмотрел на двух хорошо одетых мужчин в углу зала, и его лицо вдруг стало совершенно бесстрастным.

— Они кажутся просто преуспевающими бизнесменами, — бросил он. — Это не те представители верхушки общества, которые тебе нужны, Келли.

Она подозрительно посмотрела на него.

— Ты что, действительно их не знаешь, Ник? Я уверена, что где-то видела обоих. Если даже я их узнала, то ты, с твоей фотографической памятью, просто не можешь их не знать.

— Я уже сказал, что это не то, что тебе нужно, — сказал он, нетерпеливо хмурясь. — И хватит об этом.

Она возмущенно ощетинилась.

— Ты ужасно уклончив, Ник. Почему бы тебе…

— Ник, дорогой, как приятно опять тебя увидеть! — Глубокий женский голос был полон страсти, и Келли даже не надо было оглядываться, чтобы понять, кто это. Она уже слышала этот голос, причем совсем недавно.

— Привет, Мария, вот сюрприз, — холодно сказал Ник, глядя поверх плеча Келли на женщину, обратившуюся к нему. — Что привело тебя в Акапулько?

Мария подплыла поближе в облаке «Шанели номер 5» и наклонилась, чтобы жадно поцеловать Ника в губы.

— Я гощу у Гомесов на их вилле. Разве ты не помнишь, дорогой, я же говорила, что собираюсь приехать через недельку-другую? — Она улыбнулась ему, сознательно игнорируя Келли. — В Акапулько обычно очень весело в это время года, но я скучала — до сегодняшнего вечера.

Ник говорил, что она очень прямолинейна, мрачно вспомнила Келли. И правда, что могло быть откровеннее, чем приглашение, сквозившее во всех ее словах и движениях. Келли с раздражением заметила, что Мария практически тает от близости Ника, а он вроде бы и не возражает. Впрочем, кто бы стал возражать против общества такой знойной красавицы, как Мария Домингес? В своем платье из белой парчи, открытом спереди почти до талии, а сзади даже еще ниже, она скорее походила на голливудский секс-символ, чем на жену дипломата. Даже ее лицо с черными как маслины глазами и пухлым ртом дышало чувственностью.

Ник наконец отвлекся от ее чар и повернулся к Келли.

— Келли, познакомься с моей старой подругой, Марией Домингес, — сказал он, иронично улыбаясь. — Мария, это Келли Маккенна.

— Весьма польщена, — равнодушно произнесла Мария, не отрывая глаз от О'Брайена. Боже, да она просто поедала его своими голодными темными глазами! — Ты потанцуешь со мной, Ник?

Да уж, откровеннее некуда! Однако Ник не выказал никакого недовольства. Он снисходительно улыбнулся и сказал:

— По-моему, невежливо оставлять Келли одну за столиком, Мария.

— Не обращай на меня внимания, — недовольно проворчала Келли, с завистью разглядывая ту часть тела Марии, которая так привлекала Ника, по его словам. Она не собирается сидеть здесь и наблюдать, как эта латиноамериканка испытывает на Нике свои чары. Она вскочила на ноги и схватила сумочку со стола. — Я все равно собиралась пойти попудрить носик. — Она метнулась в сторону дамской комнаты. Келли вполне отчетливо слышала, как Ник вполголоса выругался, но и не подумала вернуться. Проведя в дамской комнате не меньше пятнадцати минут, она аккуратно подновила макияж, причесалась, затем просто тянула время, сидя на диванчике и с негодованием думая о наглости некоторых южноамериканских женщин.

То, что она увидела, вернувшись наконец в зал, никак не улучшило ее настроения. Потребовался всего один беглый взгляд, чтобы удостовериться, что за столиком нет ни Ника, ни Марии. Она обнаружила их на площадке для танцев. Келли, ожидавшая в глубине души, что Ник избавится от неожиданной спутницы, раздраженно смотрела, как он улыбается ей во время танца.

Келли стояла неподалеку от танцплощадки, решая про себя, стоит ли прямо сейчас уйти и поймать такси, чтобы вернуться в отель, или же кротко сесть на место и ждать, пока Ник соблаговолит оторваться от своей роскошной партнерши.

Келли уже повернулась было к выходу, когда ее взгляд упал на двух бизнесменов, о которых она спрашивала Ника. Это заставило ее остановиться в раздумье. Что бы ни говорил Ник, она была уверена, что уже видела обоих. Теперь, когда она оказалась гораздо ближе к ним, ее уверенность возросла. Особенно знакомым казался ей крупный человек с черной бородкой, в строгом сером костюме в тонкую полоску. Орлиный нос и густые брови делали его лицо очень запоминающимся. Ну что ж, не может же она простоять весь вечер в сомнениях. Просто надо сделать несколько кадров и потом выяснить, кто это.

Она вынула свою верную «лейку», засунула сумочку под мышку и решительно двинулась к их столику. Остановившись в нескольких шагах, она подняла фотоаппарат и быстро навела его на сидящих.

— Скажите «сыр», джентльмены, — четко проговорила она и тут же щелкнула аппаратом, запечатлев их ошарашенные лица. — Спасибо, — весело добавила она, быстро ретируясь.

Но не прошла она и нескольких шагов, как двое дюжих мужчин в темных костюмах неожиданно встали из-за соседнего столика и выросли у нее на пути. Их позы были настолько угрожающи, а лица столь суровы, что Келли почувствовала внезапный страх. Как опытный журналист, она была хорошо знакома с таким типом людей и сразу признала в них телохранителей. Она испытала мгновенное торжество, оттого что явно наткнулась на что-то интересное. Незначительные люди не нанимают профессиональных телохранителей. Теперь ее главная задача — спасти пленку от этих головорезов и потом выяснить, кого это она потревожила.

Но задача была труднее, чем могло показаться на первый взгляд. Высокий лысый телохранитель проворно обошел ее сзади, а второй, ростом поменьше, но такой же мускулистый, стал прямо перед ней с угрожающим видом. Он властным жестом протянул руку.

— La camera, por favor.

— Даже не надейся! — пропела Келли, сладко улыбаясь ему. — Ты когда-нибудь слышал о свободе печати?

Но вряд ли хоть один из них об этом слышал, потому что человек сзади вдруг обхватил ее руками. Она со всей силы ударила его ногой в голень, так что он сдавленно застонал и ослабил хватку. Тогда Келли перешла в наступление. Повернувшись с быстротой молнии, она схватила его за руку, провела прием, которому ее учили на дзюдо, и бросила его на пол. Но прежде ей пришлось положить сумочку и аппарат на ближайший столик, и мужчина поменьше уже радостно тянул к ним руки. Она ударила его в лицо, и он упал навзничь, удивленно вскрикнув от боли.

Келли схватила сумочку и «лейку» и бросилась со всех ног через танцплощадку к выходу, расталкивая оторопевшие пары. Она уже почти добежала до крайних столиков, когда почувствовала, что кто-то схватил ее сзади и поднял в воздух. Ей оставалось только отчаянно дрыгать ногами. Должно быть, это лысый, возбужденно подумала Келли. Маленький не смог бы поднять ее так высоко. Черт возьми, у нее нет ничего, чем бы она могла воспользоваться как рычагом, а вот-вот подбежит второй и отнимет у нее аппарат. Она отвела назад локоть, чтобы половчее ударить его в солнечное сплетение, когда услышала, как он издал стон, больше напоминающий вздох. Совершенно неожиданно он отпустил ее, и она едва удержала равновесие.

×