Контейнеры, однако, так и не попали на планету Иссан. Через три часа после взлета командир корабля достал из кармана коробочку, а из коробочки – парализованного, обитающего в лаханской пустыне жука-громовика, известного своей способностью генерировать электрические разряды до 370 вольт. Жук был засунут в рубке под кожух накопителя. Придя в себя, жук со страху разрядился, причинив тем самым легкие повреждения системе управления. Корабль вышел из гипера, и экипаж занялся устранением незначительной поломки. Пока техники ремонтировали повреждения и устанавливали их причину, двенадцать контейнеров были сброшены с корабля.

Корабль вскоре убыл по своим делам. Причина отклонения от курса в глубоком космосе была задокументирована и в заспиртованном виде предъявлена начальству. Начальство выбранило экипаж за небрежность, вследствие которой зловредный представитель местной фауны смог проникнуть на корабль, и лишило капитана премии.

* * *

Контейнеры тем временем были подобраны другим, небольшим кораблем, который летел чартерным рейсом, вследствие чего его нужда в оправдательных документах не была столь остра. Корабль назывался «Лаисса». Двенадцать контейнеров еще раз поменяли документы и теперь получили маркировку «медицинское оборудование». Корабль летел на планету Вею, на Ассалахский космодром.

* * *

Семнадцатого числа в месяц дождей, вечером у Теренса Бемиша запищал комм. Это был Шаваш. Они некоторое время обсуждали проект строительства никелевого комбината в Удуне, а потом Шаваш посоветовал своему другу продать акции Инисской Лесопромышленной корпорации, если такие у него есть.

– Да, кстати, – вспомнил Шаваш, – завтра в твой порт прилетает чартерный рейс, корабль «Лаисса», – пусть им там не докучают таможней и положат груз в такой склад, где не будет лишних датчиков.

– У меня все склады забиты, – отвечал Бемиш.

– А сектор 17В?

Сектор 17В представлял из себя целую серию складов и ангаров, обустройством которых занимался Ричард Джайлс. Стены их, обшитые свинцовым листом, изолировали любое излучение. Склады явно строились с расчетом на военное будущее, но Бемиш подозревал, что Джайлс использует их и сейчас для разных дел.

– А Джайлс?

– Джайлс не будет возражать, – хмыкнул Шаваш.

* * *

На следующий день в кабинете Бемиша раздался звонок. Это был Ашиник.

– Тут прилетел один чартерный рейс, – сказал Ашиник…

– «Лаисса»?

– Да.

– В 17В их.

Через полчаса Ашиник явился к Бемишу за «ключами» от сектора, – электронные его запоры требовали хитроумной системы шифров, и при складах имелась автономная управляющая система, опознающая хозяина по сетчатке. Система могла запомнить десять сетчаток, но пока в ее банке данных хранилось только две – Бемиша и Джайлса.

Груз, привезенный «Лаиссой», значился как «медицинское оборудование». Ничего удивительного. Через космодром каждые сутки проходило триста тонн медицинского оборудования. По расчетам Бемиша, на душу каждого вейского крестьянина должно было уже прийтись по полтора томографа.

Дело в том, что медицинское оборудование было единственным оборудованием, избавленным от таможенных пошлин, вот и везли под этим именем что угодно. Ведь не провезешь же буровую вышку, даже разобранную, в картонных упаковках с надписью: «газировка».

На этот раз груз был слишком тяжел, чтобы подаваться автоконвейером. Бемиш некоторое время смотрел, как заезжают в глубь секретного сектора грузовые платформы с огромными кубами опечатанных и выкрашенных зеленой краской контейнеров.

– Кому принадлежит груз? – полюбопытствовал Бемиш.

– Фирме «Аскон».

Вернувшись в кабинет, Бемиш проверил то, что ему было известно о фирме «Аскон». Фирма была учреждена два месяца назад и являлась дочерним предприятием компании «Венко». В число учредителей также входили два физических лица, которые предпочли остаться неизвестными, – наверняка полковник Джайлс и сам Шаваш.

Ай да Джайлс, ай да борец за демократию! Немудрено, что он не будет протестовать против использования дочерней фирмой своего склада!

* * *

Через три дня в доме Лоре, располагавшемся в получасе езды от космодрома, была вечеринка. В вечеринке участвовали сам Лоре, пятеро грузчиков и Киссур.

Лоре сказал:

– Не буду представлять нашего старого друга. Скажу только, что человек по имени Иршахчан две тысячи лет назад осуществил на его планете все то, о чем пять веков назад писал Маркс, а полвека назад – Шрайнер… Конечно, Иршахчан был ограничен временем и культурой, но в целом направление, взятое им, было верное. И я думаю, что никто больше Киссура не сделал для восстановления идеалов Иршахчана и Маркса. Сейчас мы должны быть горды, что хоть немножко помогаем Вее исправить то, что испортили наши соотечественники, одержимые духом капитализма.

Все присутствующие согласились, что, в общем, государь Иршахчан много думал о том же, что и Маркс, и полвека назад – Шрайнер, хотя был несколько ограничен по сравнению с вышеуказанными мыслителями ввиду своей деспотической сущности и патриархальности общества.

К полуночи вся компания порядочно наширялась, и Киссур предложил покататься. Выехали на «додже» Лоре и припустили вниз по горному перевалу. На одном из поворотов серпантина Лоре, сидевший за рулем, внезапно увидел прямо перед собой толстолобый грузовик. Лоре растерялся, а Киссур, сидевший рядом, с силой вывернул у него руль вправо и, открыв дверь, выпрыгнул из машины.

Никто из остальных пассажиров не обладал реакцией Киссура. Машина сшибла дорожное ограждение, рухнула в пропасть, пролетела метров двести до основания скал и взорвалась. Ей было бы трудно взорваться, но перед поездкой Киссур положил в багажник запасной баллон со сжатым водородом. Этот-то баллон и взорвался.

Киссур выглянул за оборванное ограждение, убедился, что все в порядке, сел в толстолобый грузовик и уехал. Водителем грузовика был Ханадар Сушеный Финик.

Смерть Лоре Сигела и его приятелей ни у кого не вызвала подозрений. Машины он бил уже раз восемь и каждый раз был при этом крепко под кайфом. И сейчас в крови великолепной шестерки обнаружили следы ЛСД.

Во всяком случае, никто не связал ее с печальным происшествием, случившимся спустя два дня на окраинной планете Иссан. Там, во время отдыха на местном курорте, заплыл далеко в море и утонул Денни Хилл, механик военной базы Норд-вест.

Часть третья

Террорист

Глава двенадцатая,

в которой император Страны Великого Света выражает недоумение тем, что он узнает об истинном предназначении Ассалахской стройки из оппозиционных газет

Прошло полгода после описанных событий, – и в одном из влиятельнейших журналов – MegaMoney – появилась крупная, на четыре полосы, статья. Известный экономический обозреватель и поклонник Рональда Тревиса Кристофер Блант догадался (или же ему подсказали) проделать простейшую вещь: он взял балансы второго уровня, публикуемые в обязательном порядке крупными банками, и суммировал кредиты, предоставленные империи Великого Света.

В результате у него получилось, что в этом году Вея должна будет выплатить по всем видам внешнего и внутреннего долга около ста сорока миллиардов денаров, при том что налогов в этом году она соберет на сто двадцать миллионов денаров. «Реальная сумма долгов, вероятно, выше – писал Блант, – и совершенно очевидно, что единственный способ, каким Империя Великого Света может расплатиться по своим долгам, – это занять новые деньги под еще более высокий процент. Долго так продолжаться не может. Вейскую экономику ждет крах, а вейский ишевик – девальвация».

Банкиры схватились за голову. От правительства империи потребовали представить реальные цифры долгов. Правительство в течение недели представило три разные цифры – восемьдесят, сто и сто тринадцать миллиардов соответственно, все три за подписью главы Центрального банка.