Кира Стрельникова

Мой лёд, твоё пламя

Пролог

Грозы здесь, на юге, были очень сильными и громкими, вот и эта не стала исключением. Молнии сверкали почти каждую минуту, гром грохотал такой, что тоненько дребезжали стекла. Мощь стихии поражала, завораживала. Роберт стоял у окна, бесстрашно приоткрыв его, и вдыхал влажный, напоенный ароматами воды и свежей листвы воздух. Несмотря на то что он жил на севере, в суровом зимнем климате, где лето очень короткое и не слишком жаркое, ему здесь нравилось. Роберт Рийон, Страж Гор, молодой ледяной маг, недавно прошедший трудное испытание, чтобы получить управление духами стихий, находился на жарком юге, в столице, в качестве посла. Ну и обговорить некоторые вопросы по торговле и пошлинам, ведь северные охраняли два единственных перехода через горы на ту сторону, к эльфам в леса. А завтра он уже возвращается домой, сначала порталом до границы, и оттуда уже духи донесут до родного Эриона.

С легким вздохом Роберт отвернулся от окна, как вдруг неожиданно в дверь постучали и заглянул дворецкий.

– Ваша милость, к вам посетитель, – огорошил он известием.

Мужчина озадаченно покосился на часы (они недавно пробили одиннадцать вечера) и, поколебавшись, кивнул:

– Хорошо, проводи.

А спустя несколько минут порог гостиной переступил тот, кого Роберт меньше всего ожидал здесь увидеть, еще и с каким-то свертком в руках.

– Добрый вечер, милорд. – На него смотрел лорд Танри, и в его глазах отражалась тревога. – Прошу прощения за вторжение в столь поздний час. Мне нужна ваша помощь. Увезите мою дочь из страны.

Брови Роберта поползли вверх, он уставился на сверток в руках позднего гостя и с недоумением переспросил:

– Простите… вашу дочь?

– Ей небезопасно находиться в Иллаире, вы же помните, не так давно нас с супругой хотели убить. – На лицо лорда Танри набежала тень. – А несколько дней назад она умерла родами. Кто-то подослал повитуху, которая применила магию, и моя жена практически сгорела. – Гость помрачнел и прижал к себе сверток. – Я боюсь, что этот кто-то доберется и до меня и Мирабела окажется в полной его власти. А она – будущая Хранительница. – Лорд посмотрел в глаза молчаливому Роберту. – Как и вы.

Рийон не отвечал несколько долгих мгновений, а потом медленно кивнул. Последний аргумент, несомненно, перевесил остальные.

– Хорошо, – коротко ответил он. – Я увезу вашу дочь.

– Благодарю. – На лице гостя отразилось облегчение, и он бережно передал сверток Роберту. – Как только я выясню, кто стоит за покушением и смертью моей жены, я сразу дам вам знать и заберу Мирабелу.

– Договорились. – Лицо Роберта стало задумчивым, едва он увидел круглое личико спящей девочки.

Она тихонько сопела, трогательно приоткрыв ротик, и, хотя лорд Рийон до сих пор ровно относился к детям, при виде маленькой Мирабелы в груди что-то дрогнуло.

– Вряд ли мой враг догадается искать ее на севере. – Отец не отрывал взгляда от своей девочки. – Для всех вы всего лишь случайно помогли мне избежать нападения разбойников.

– Я присмотрю за ней, милорд, – кивнул Роберт, аккуратно поправив одеяльце.

– Еще раз спасибо. – Гость коротко вздохнул, склонил голову и вышел из гостиной.

Никто и не мог предполагать, что это их последняя встреча. А утром Роберт уехал на север, увозя с собой Мирабелу.

Глава 1

Двадцать лет спустя

Я возвращалась домой. Спустя пять долгих лет в пансионе леди Брадис, престижном заведении для девочек из аристократических семей со всех северных земель. А до того – три года в школе при этом же пансионе. В доме моего опекуна, лорда Роберта Рийона, я бывала только на редких каникулах два раза в год: две недели летом и две недели зимой. И то виделись мы с ним редко, он постоянно в делах. Но при встречах был добр, всегда расспрашивал о моей учебе, нравится ли мне там, и в деньгах я не нуждалась: на мой счет регулярно поступали приличные суммы.

Вчера нам вручили грамоты об окончании с перечнем дисциплин и отметок – мероприятие закрытое, как и сам пансион, даже родители и родственники ждали за воротами в гостевом доме. Да, леди Брадис строго блюла приличия, поэтому попасть в ее пансион было весьма проблематично, образование она давала отличное. И воспитание тоже. Лорд Роберт не смог приехать за мной, и я не обижалась, знала почему: у него сегодня день рождения, и он готовился. Я тоже приготовила подарок и немного волновалась, не зная, понравится или нет. Ведь с моим опекуном я общалась не так чтобы очень часто. Но когда увидела в одном из магазинов в городке рядом с пансионом красивую брошь из серебра в виде головы дракона, держащего в пасти крупный и редкий желтый алмаз, не удержалась. Особенность броши в том, что в глубине камня сверкала отчетливая звездочка, именно это и привлекло в украшении, на первый взгляд достаточно обычном. Надеюсь, лорду Роберту понравится.

Меня ждал экипаж, весьма своеобразный, надо сказать, из-за того, что вместо коней в него были запряжены снежные духи – мой опекун умел управлять ими. Они только отдаленно походили на лошадей, сверкающие снежинки лишь очерчивали контуры, а гривы и хвосты походили на вьюжные шлейфы, красиво переливающиеся на ярком солнце. И хотя уже наступил май, здесь, на севере, весна и лето приходили сразу и считались одним временем года, длившимся всего полтора месяца. Снег только-только начал сходить, а сегодня так и вовсе в холодном воздухе посверкивали ледяные кристаллики, оседая на серебристом меху моей шубки бриллиантовой пылью.

– Ой, Мира, это за тобой?! – восторженно выдохнула Аирис, остановившись рядом и глядя на снежных духов. – Какие краси-ивые! Папа редко позволяет нам видеть своих. – Она с легким сожалением вздохнула.

С Аирис мы общались в пансионе ближе всех, пожалуй, я могла назвать ее своей подругой. Остальные сохраняли вежливость, но сторонились, очень уж я непохожа на снежных леди, и в первую очередь внешностью. Ярко-рыжие волосы, смуглая кожа, большие зеленые глаза – все явно указывало, что я не совсем с севера. Местные женщины отличались светлыми волосами всех оттенков от холодного платинового до золотистого с перламутровым отливом и цветом глаз от серого до синего. А кожа… Я завидовала фарфоровой белизне и казалась себе дурнушкой на фоне утонченной, хрупкой красоты девушек вокруг.

– Вы порталом отсюда? – поинтересовалась я, взявшись за ручку двери.

– Да, родители хотят устроить вечер в честь моего возвращения только для близких. – Аирис смешно сморщила аккуратный носик и закатила ярко-голубые, как аквамарины, глаза. – Вот готова спорить на что угодно, среди гостей будут преобладать холостые сыновья папиных знакомых!

Я хихикнула, спрятав лицо в мех на воротнике шубки и озорно глянув на Аирис.

– Ну как же, дорогая, тебе скоро стукнет двадцать один и замуж пора, – поддела я ее, скопировав высокий голос одной из классных дам, леди Виттен. – А это основная задача воспитанной молодой леди: выйти замуж и быть примерной женой и матерью!

Аирис вздохнула и потупила взор.

– Это же ужасно скучно! – едва слышно прошептала она, а потом лицо подруги стало задумчивым. – Хотя, если выйти замуж по любви…

– Аирис, дорогая! – прервал наш диалог громкий голос ее матери. – Мы возвращаемся!

– Увидимся в Эрионе, Мира, – быстро попрощалась подруга и чмокнула меня в щеку. – Я зайду к тебе!

Я помахала ей и забралась в экипаж, где было не в пример теплее, чем снаружи, – воздух согревала специальная жаровня с углями, рассыпаться и загореться им не позволяла все та же магия. Я с удовольствием скинула сапожки и забралась с ногами на сиденье, с любопытством уставившись в окно. Снежные духи тут же взвились в воздух в вихре сверкающих снежинок, и окружающее скрылось за пеленой. Пансион леди Брадис находился в одном дне езды от Эриона, столицы северных земель, если ехать по дороге. Духи доносили экипаж за полчаса и доставляли прямо во двор просторного, внушительного особняка в старинном центре города, где жили мой опекун и его племянник Кевин. Он тоже учился в академии для молодых людей и, как писал лорд Роберт, должен был вернуться на пару дней раньше. Кевина я видела еще реже, чем опекуна, наши каникулы не совпадали практически никогда, и помнила его весьма смутно. А сегодня мы все соберемся под одной крышей. Почему-то от этой мысли сердце начинало биться быстрее, и грудь сжимало от странного предчувствия.

×