Ей было слишком хорошо, чтобы двигаться, и всем телом владела сладкая истома, но Саман­та решила, что надо послушаться Флетча. Он, кажется, чем-то расстроен, недоволен, а ей так не хотелось, чтобы этот чудесный вечер был ом­рачен ссорой.

Девушка села, и Флетч обернул одеяло во­круг ее плеч. Затем он заботливо вынул попав­шие внутрь волосы. Странно. Флетч был явно рассержен, и все же движения его были полны нежности. Он сунул концы одеяла в руку Саман­те, отошел на несколько шагов и сел.

Глядя на очертания его фигуры, Саманта сонно подумала, что никогда еще не видела такого красивого мужчины. И как это ей поначалу пришло в голову, что он не слишком хорош со­бой? Теперь достаточно было одного взгляда в сторону Флетчера, чтобы по телу ее пробежала дрожь от воспоминаний о том, что они только что пережили вместе.

– А теперь я должен спросить тебя кое о чем. Девушка лукаво улыбнулась.

– Ты же запретил мне разговаривать! Флетч, прищурившись, разглядывал ее лицо.

– У тебя, кажется, хорошее настроение.

– Ну разумеется. Я чувствую себя прекрасно. Может быть, и тебе в следующий раз понравится больше.

– По-моему, эти слова должен был произне­сти я, – сухо прокомментировал Флетч. – Итак, первый опыт близости с мужчиной не стал для тебя разочарованием?

Саманта покачала головой.

– Это было чудесно. Благодарю тебя. – Она зевнула, прикрыв ладонью рот. – Но я вдруг ужасно захотела спать. Секс всегда оказывает та­кое воздействие?

– Иногда, – Флетч обвил руками колени. – Но тебе придется потерпеть, пока я не услышу ответы на свои вопросы.

– Хочешь узнать, почему я оказалась девст­венницей? – Топаз пожала плечами. – Ну, с пятнадцати лет я была занята борьбой с этим чу­довищным режимом. Думаю, мне просто не встре­тился такой мужчина, с которым я захотела бы заняться любовью.

– А Лазаро?

– Мы с Риккардо росли вместе. Он – мой друг. – Девушка снова зевнула. – Теперь мне можно спать?

– Пока нет. – В голосе Флетчера слышалось напряжение. – Еще один вопрос. Почему?

– О чем это ты?

– Почему я? – Он сжал руки в кулаки, так что побелели костяшки пальцев. – Сначала ты сказала «нет», потом передумала. Все было так неожиданно.

Саманта нахмурила лоб.

– Кажется, в тот момент ты не возражал…

– Я был вне себя от владевшего мною жела­ния. Оно причиняло боль. И в JOT момент мне было абсолютно все равно, почему ты позволила мне овладеть твоим телом.

– Тогда почему же это беспокоит тебя те­перь?

– Потому что ты оказалась девственницей, черт побери! – закричал Флетч. – Так что же за­ставило тебя… Я далек от мысли, что ты не смог­ла устоять перед моей неземной красотой.

Саманта чуть было не призналась, что, если бы увидела его роскошное тело без одежды чуть раньше, ее не пришлось бы уговаривать так долго – она действительно не смогла бы усто­ять.

– Но я хотела тебя!

– Может быть, но этого явно недостаточно.

Саманта поняла, что Флетч не собирается сдаваться – он будет пытать ее до тех пор, пока не услышит правды.

– Я боялась, – со вздохом призналась де­вушка.

Флетч вздрогнул, словно от пощечины.

– Меня? Ты боялась меня? Но я ни за что не стал бы принуждать тебя!

– Нет, нет, вовсе не тебя. Я знала, что ты не обидишь меня. Я боялась совсем других вещей.

– Каких еще вещей?

– Не знаю, – Саманта устало покачала голо­вой. – Стрельбы, патрулей… боялась умереть прежде, чем успею пожить. – Девушка перевела взгляд на огонь. – А потом мне приснился сон…

– И что же тебе приснилось?

– Это неважно, – Саманта посмотрела ему в глаза. – Наверное, я использовала тебя. Ты име­ешь все основания на меня сердиться.

– Я действительно сердит на тебя, но совсем по другой причине. Я способен пережить, когда женщина использует меня, – губы его искриви­лись в ироничной улыбке. – Меня использовали столько раз, что я привык. Я знаю: я не Казакова и не возражаю, когда женщины хотят получить что-то взамен, идя на близость со мной. В ра­зумных пределах, разумеется. Но с тобой все по­лучилось по-другому. Ты заставила меня почув­ствовать себя… Атиллой, дикарем, варваром. Я здоровый, сильный мужчина. Ты начала с того, что хитростью заставила меня съесть твою еду и осталась голодной. А потом согласилась занять­ся со мной любовью, забыв сообщить, что ты – девственница. Я ведь так торопился, был таким неловким, наверное, я сделал тебе…

– Нет, вовсе нет, все было прекрасно. Я на­слаждалась каждой минутой нашей близости. Мне только жаль, что я не смогла и тебе доста­вить такое же удовольствие. – Саманта озабо­ченно нахмурилась. – Я чувствую себя винова­той.

– Ты? Виноватой? А как же тогда должен чувствовать себя я? Совратителем малолетних?

– Я вовсе не малолетняя, и вообще это я со­вратила тебя, а не ты меня.

– Ты не понимаешь, как смешно это звучит? Нет, она явно не понимала, потому что смот­рела на него глазами наивного ребенка.

– Вовсе не смешно. Ведь это я настаивала… Может, мне не хватает опыта, но вряд ли ты мо­жешь обвинить меня в отсутствии энтузиазма. Хочешь, попробуем снова? Если скажешь как, я сумею угодить тебе на этот раз.

Он снова хотел ее. Все тело Флетч напряг­лось при одной только мысли о том, как он сно­ва войдет в ее горячее лоно. Почему бы нет, черт побери? На этот раз он будет еще осторожнее. Девчонка хочет этого. Он никогда не думал дваж­ды, прежде чем взять от женщины то, что ему нужно. И все же сейчас его терзали какие-то не­понятные сомнения.

– Ты сказала, что хочешь спать.

– Уверена, что тебе удастся прогнать мой сон. – Саманта улыбалась ему дрожащими губа­ми. – Я очень хочу снова оказаться в твоих объ­ятиях. С тобой мне так хорошо, спокойно, я чув­ствую себя в безопасности.

В безопасности. Страх. Страх заставил Са­манту отдаться ему, и она до сих пор чего-то бо­ится. Конечно, она хотела его, но главным ее чув­ством было не желание, а страх. Она отдала то, чего он хотел, за короткие мгновения забытья. И теперь пыталась повторить это, снова хотела, сама того не понимая, использовать его. И, что самое удивительное, Флетч осознал вдруг, что при мысли об этом не испытывает гнева – толь­ко сострадание.

Поднявшись на ноги, он быстро преодолел разделявшее их расстояние, опустился рядом с девушкой и заключил ее в объятия. Затем он по­удобнее устроил у себя на плече голову Топаз.

– Спи, милая, – прошептал он.

– Так ты не хочешь меня? – Волосы девуш­ки рассыпались каштановым облаком по его плечам.

– Нет, – солгал он. – Не сейчас.

– Ну, если ты уверен… – Глаза ее закры­лись, тело обмякло. – Я и вправду немного ус­тала.

Устала? Да она уже почти спит.

– Не сомневаюсь в этом, – Флетч крепче сжал девушку в объятиях. – Поговорим утром. А теперь спи.

– Хорошо. Спасибо тебе. – Дыхание ее по­степенно выравнивалось, становилось глубже. – Очень мило с твоей… – Саманта заснула, не за­кончив фразы.

Она казалась почти невесомой. Длинные рес­ницы отбрасывали тени на щеки. Флетч вдруг почувствовал такую всепоглощающую нежность! И в то же время им овладело собственническое чувство. Едва коснувшись губами виска девуш­ки, он попытался пересесть поудобнее. Ноющая боль в паху тут же напомнила о том, что он все еще хочет эту женщину-подростка.

Оставалось только надеяться, что приступы старомодной галантности прекратятся, как толь­ко Флетч вернется к своей обычной жизни. Но сегодня ему предстоит не слишком приятная ночь.

Глава 4

Аромат свежесваренного кофе прогнал пос­ледние остатки сна.

Саманта открыла глаза.

– Как хорошо, что ты наконец решила про­снуться. – Флетчер сидел по другую сторону ко­стра и наливал кофе в кружку. – Никогда не думал, что воинственные девушки из партизан­ских отрядов привыкли спать так долго. Уже по­чти полдень.

– Я очень устала вчера. – Саманта вдруг по­краснела, вспомнив о причинах своей усталости. Она быстро села, сжимая на груди края одеяла. – Доброе утро. А ты хорошо спал?

×