Кейт нервно сглотнула. «О Джеки, – подумала она, – во что мы ввязались с тобой на этот раз?»

Глава 8

К половине второго в клубе не осталось никого, кроме Хенка и персонала. Он сидел за маленьким столиком у импровизированной сцены, представлявшей собой свободное от столов пространство, где играли в этот вечер два музыканта из группы «Mountain Ash». Они убрали инструменты и подсели к Хенку, чтобы выпить по последней кружке пива перед тем, как отправиться по домам.

Мик Калли, гитарист, был невысоким, коренастым брюнетом с весёлой улыбкой. Его товарищ Тоби Финнеган играл на скрипке и губной гармошке, густая борода и копна русых волос делали его похожим на леприкона.

– Наверное, Джонни уже не придёт, – сказал он Хенку. – Жаль, а то бы мы сыграли с ним на пару.

Хенк кивнул.

– Джонни сейчас переживает не лучшие времена, у него дед умер.

– Жаль Тома, – сказал Тоби. – Прекрасный был скрипач.

– Надеюсь, он передал Джонни своё мастерство, – добавил Мик.

– Джонни – талантливый музыкант, – сказал Хенк. – Только в последнее время он как-то странно себя ведёт.

– Это понятно, – заметил Тоби. – Ведь, кажется, кроме Тома, у Джонни никого не было?

– Да, Джонни тяжело переживает смерть деда. Лучше бы он, я просто не знаю…

Хенк понял, что чуть не разболтал приятелям о вчерашнем происшествии, что было бы совершенно лишним.

– Вылез из этого болота? – спросил Мик.

– Что-то в этом роде.

– Не всем охота сидеть здесь всю ночь, – раздался голос за их спинами.

Они повернулись к официантке по имени Джинетт, сурово на них смотревшей. Хотя напустить на себя грозный вид голубоглазой блондинке с мягкими чертами лица было довольно трудно.

Тоби улыбнулся, глядя на неё, и допил свою кружку.

– Тебя подвезти? – спросил он Хенка.

Хенк помотал головой и тоже допил пиво. Попрощавшись хором, они вышли. Мик с Тоби отправились к машине. А Хенк в раздумье остался стоять на Бэнк-стрит. Он знал, что Джонни вряд ли захочется идти в бар после концерта и разговора с Джеми, но Хенку не хотелось оставлять друга надолго наедине со своими мыслями. Квартира Джонни на Третьей авеню находилась как раз по дороге к дому Хенка в центре города, поэтому он решил проведать приятеля. Когда Хенк дошёл до дома Джонни, то обнаружил, что окна на первом этаже тёмные. Был ли он все ещё с Джеми? Может, они нашли более увлекательное занятие, чем рассказывать сказки о хобгоблинах, живущих в канализации? Это было бы здорово. У Джонни уже несколько лет не было постоянной подруги. Хотя Хенку казалось, что Джеми не совсем подходит его приятелю. Она была взбалмошная, любила вечеринки, а Джонни скорее можно было назвать домашним мальчиком.

Хенк уже собрался повернуть к дому, как вдруг испугался, что после беседы с Джеми Джонни мог вернуться в парк Винсента Масси, чтобы дождаться свою таинственную незнакомку. И это было на него больше похоже.

Хенк достал ключ, открыл дверь, поставил свою концертину и вывел велосипед Джонни. Он надеялся, что Джонни не заявится вскорости домой и не решит, что кто-то обокрал его квартиру. После недолгого размышления Хенк уже был готов поспорить, что Джонни отправился на поиски своей феи.

Через пятнадцать минут он катил по велосипедной дорожке, ведущей через парк, прислушиваясь, не раздаются ли где-то звуки скрипки или шаги. В такую ночь было приятно гулять. Туман живописно клубился над рекой, в парке стояла тишина. Можно сказать, волшебная. Теперь Хенк начинал понимать, почему вчерашняя встреча с незнакомкой могла произвести на Джонни такое впечатление.

Хенк проехал насквозь через весь парк и повернул обратно. Теперь он уже сомневался, что Джонни пошёл сюда, они могли разминуться с Джонни у самого дома.

Он чуть не проехал мимо человека, сидевшего на плоском камне у самой воды. Заметив силуэт, он затормозил и соскочил с велосипеда.

– Джонни?

Ответа не было. Поставив велосипед на подножку, он направился к человеку. Галька шуршала под ногами, от реки тянуло сыростью.

– Джонни, – снова позвал он. Наконец человек обернулся.

– Это ты, Хенк?

– Да. – Он прошёл по пляжу и сел рядом с Джонни. – Что ты здесь делаешь, дружище?

– Она, наверное, подсыпала мне какую-то дрянь.

– О чем ты? Кто?

– Джеми. Мы были внутри холма, Хенк. – Джонни повернулся и посмотрел на приятеля. – Прямо под землёй. Она постучала по камню, открылась дверь, и мы вошли внутрь. А когда поднялись, их была уже целая толпа: люди-прутики, тролли и прочие существа. Сестра Джеми погибла, и обитатели Волшебной страны собрались здесь. А прошлой ночью я встретил сестру Джеми. Но теперь она мертва. Джеми плакала… Мне ещё не доводилось слышать такого плача, Хенк. Боже, надеюсь, я никогда не услышу его снова…

Хенк дотронулся до его плеча:

– Пойдём-ка домой, приятель.

– Она подсыпала мне какой-то галлюциноген, верно? Должно быть, когда угощала пивом внутри этого холма. Ведь такого не может быть. Она рыдала, словно банши, Хенк. Как будто мир сошёл с ума. Наверное, я на какое-то мгновение потерял сознание, а потом все исчезли. Это наркотик, да?

– Понятия не имею, Джонни. Вставай, я отведу тебя домой.

– Но она не могла подсыпать их в пиво, – произнёс Джонни, глядя в туман. – Она угощала меня им уже внутри холма, чего тоже не могло быть, верно?

– Раз ты так считаешь. Слушай, Джонни…

– Значит, это было в ресторане. Или все действительно случилось на самом деле. Я ничего не понимаю.

Хенк помог ему встать. Когда они дошли до велосипеда, Джонни потянул друга обратно.

– Моя скрипка, – сказал он. – Я забыл её внутри холма.

Хенк осмотрел то место, где он нашёл Джонни. Инструмента он там не увидел. Чёрный футляр было бы трудно не заметить на светлых камнях.

– Ты уверен, что принёс её сюда?

– Абсолютно. Я всюду ношу её с собой.

Это была правда. Хенк не припоминал, чтобы Джонни отправился куда-нибудь без своего инструмента. На концерте он был со скрипкой.

– Мне подарил её Том, – сказал Джонни. – Она старинная. Это действительно прекрасный инструмент. Подарок деда. Не хочу оставлять ей скрипку.

Он стал взбираться на холм, оттолкнув руку друга, пытавшегося его остановить. Хенк поднял велосипедную подставку и пошёл рядом с Джонни.

– Здесь, – сказал Джонни. – Я помню это место.

Они вышли на небольшую прогалину, и Джонни остановился. Хенк положил велосипед на траву. Обернувшись, он посмотрел на огни университета, расплывавшиеся в тумане.

– Мне только нужно вспомнить, по какому камню она стучала, – сказал Джонни, ползая на четвереньках по сырой траве. – Два быстрых удара, затем пауза и ещё один. Но я забыл, по какому именно камню.

На прогалине было несколько валунов. Джонни подходил к каждому и стучал. Хенк шёл за ним, теперь уже не на шутку обеспокоенный. Неужели его другу и впрямь подсыпали наркотики, потому что тот явно был не в себе.

– А больно, – пожаловался Джонни, постучав по очередному камню. – Значит, это не сон, – добавил он, пососав костяшки пальцев.

Хенк быстро обошёл прогалину, но скрипки так и не обнаружил.

– Слушай, если твою скрипку забрала Джеми, то она обязательно её тебе вернёт, – сказал Хенк. – Завтра мы позвоним Грегу, узнаем, где она живёт, и заберём инструмент. Идёт?

– Она живёт здесь, – сказал Джонни, ударив по дёрну кулаком. – Внутри холма.

– Но мы попробуем застать её по другому адресу. Ведь в городе у неё тоже есть квартира?

– Да. По крайней мере, она так говорила.

– Пойдём, Джонни, – ласково сказал Хенк. Он дал Джонни руку и помог встать на ноги. – Идём домой.

– Я знаю, что веду себя как идиот, – сказал он. – Но эта ночь и впрямь была сумасшедшей.

– С каждым бывает. – Хенк внимательно посмотрел на приятеля. – Послушай, а ты сам вечером не принимал наркотики?

Джонни покачал головой:

– Нет, если только она не подсыпала мне их в чай.

×