Он слышал в музыке звуки свирели и арфы, голоса сотни скрипок и волшебную флейту Джеми. Это был настоящий хор, к которому примешивался шелест листьев, шорох ветвей, скрип домов и далёкий шум машин.

– Пожалуйста, защити её, – прошептал он, водя смычком по подаренной дедом скрипке.

Джеми уже была между вторым и третьим этажами, когда небо внезапно потемнело.

«Боже, – подумал Джонни, стараясь сосредоточиться на музыке. – Надеюсь, это не знамение, посланное Луной, которая сообщает, что у неё есть дела поважнее, чем помогать нам».

Тут грянул гром, и небо словно обрушилось на землю проливным дождём. Через секунду Джонни уже не видел ничего на фут вокруг. Мокрый смычок больше не извлекал из струн никаких звуков. Сквозь пелену дождя он попытался разглядеть силуэт Джеми на стене, но вода заливала глаза, быстрее, чем он успевал их протирать. Вспыхнула молния, и в её свете Джонни разглядел, что Джеми уже почти добралась до окна на третьем этаже. Тут все снова поглотила тьма.

– К черту, – сказал он.

Сжимая в руке смычок и скрипку, Джонни кинулся к передней двери, сейчас ему было наплевать на любую опасность. Он уже вбежал в прихожую, когда к его ноге прицепилось странное, похожее нг корявый прутик создание, Джонни пнул его, и оно рассыпалось. Из-за двери раздалось рычание и высунулась квадратная голова.

Джонни взлетел наверх по ступенькам. Сзади до него доносились пыхтение и тяжёлые шаги богана.

Когда полил дождь, Джеми посетили те же мысли, что и Джонни, но по другой причине. Пальцы начали скользить по мокрой стене, так что Джеми едва держалась. Но сдаваться она не желала. Внутри Башни был убийца её сестры, намеревавшийся похитить удачу волшебных существ, опустошить их земли и двинуться к другому двору. Его нужно было остановить, и немедленно.

Зажмурившись от дождя, Джеми вытянула руку и нашла небольшую трещинку, затем упёрлась босой ногой и подтянулась ещё на несколько дюймов. Так она наконец добралась до подоконника.

Джеми посмотрела вниз, пытаясь отыскать глазами Джонни, но сквозь пелену дождя ничего не могла разглядеть. Она прислушалась к музыке, но до неё доносился лишь шум ливня.

«Пожалуйста, только не кидайся за мной наверх, – взмолилась она. – Уже то плохо, что одному из нас, похоже, суждено умереть; пусть это будешь не ты, Джонни».

Затем она окинула взглядом комнату. Двигалась она очень тихо, к тому же ничего было не расслышать из-за дождя, и никто внутри не заметил её появления. Теперь же она поняла почему.

Троу и хоб были прижаты к полу парой призрачных тварей, похожих на тех, что преследовали её. Молодая женщина с курчавыми волосами лежала у стены, сжимая в руках книгу. Повернув голову, Джеми увидела друихана, бившего о стену ещё одну женщину.

Джеми хотелось броситься на помощь, но сперва ей нужно было подумать. Где может быть спрятано его сердце? У неё была только одна попытка, и то если ей повезёт. Итак, где? На нем? Но на что оно может быть похоже? Кольцо, амулет, брелок, монетка в кармане, пуговица на рубашке, нитка в плаще? Или оно спрятано где-то в этой комнате?

Она снова оглянулась и увидела, что женщина, сжимавшая книгу, уже сидела и смотрела на Джеми широко раскрытыми глазами. Джеми прижала палец к губам, но женщина только раскрыла книгу и показала так, чтобы она могла видеть странный рисунок на странице. Когда Джеми пожала плечами, она дотронулась до рисунка, затем показала на друихана.

Джеми улыбнулась.

«Арн выдала тайну друихана», – подумала Джеми.

Хенк ёрзал на своём пони. Концертина лежала на колене у молодого человека, он поглаживал косматую гриву своего скакуна, вглядываясь в темноту парка. Все казалось фантастическим и одновременно совершенно реальным.

– Омерзительное зрелище, – сказал Тур, подъехав ближе к Хенку и указывая на орду.

Хенк взглянул на хоба и стал снова разглядывать нечистых тварей.

– Это мои ночные кошмары, – сказал он. – Вначале я подумал, что самое страшное создание – это твоя подруга келпи, но я ошибался. Никогда раньше мне не приходилось их видеть. И не то чтобы я все время о них думал, но они возвращаются в кошмарах снова и снова, всегда неожиданно, как… – Он щёлкнул пальцами в воздухе. – И меня парализует страх. Теперь, когда я знаю, что они на самом деле существуют, не то чтобы я их меньше боялся, но мне проще им противостоять. По крайней мере, я знаю, что не сошёл с ума.

– Мы все погибнем здесь, – сказал Тур. Хенк кивнул:

– Но это лучше, чем, скажем, попасть под грузовик. Во всяком случае, такая смерть не бессмысленна.

– Правда? – спросила Лоириг, подступив ближе.

Она улыбнулась, поймав его взгляд, но Хенк не понял, смеётся ли она над ним или у неё всегда такое язвительное выражение.

– По крайней мере, для меня, – добавил он. Прежде чем Лоириг успела ответить, небо стало совершенно чёрным. Гром загрохотал прямо у них над головами, невероятно близко, на парк обрушилась стена дождя, мгновенно промочив их до нитки. Молнии в темноте сверкали, словно змеиные языки.

– Началось, – сказала Лоириг. – Они будут атаковать под покровом дождя.

Хенк поднял было концертину, не зная, как он будет играть в такую погоду, но хоб с другой стороны дотронулся до его руки. Когда Хенк посмотрел на него, Тур покачал головой.

– Не сейчас, – сказал он. – Этот дождь – дело рук друихана, погода отражает его гнев. Это значит, он зол. Может, Пэк добралась до него.

– Он вызвал такую бурю, просто разозлившись? – спросил Хенк.

– Друихан обладает огромным могуществом, – ответил хоб. – Но за это он должен платить. Они теряют души, Хенк. А значит, и надежду на будущую жизнь. Им никогда не увидеть край Летних звёзд.

– Так им и надо.

– Они могут жить на земле вечно. Но если кто-нибудь уничтожит сердце друихана, ему уже не возродиться ни в каком мире.

Лоириг стукнула по земле копытом.

– Я жажду отмщения, – прошипела она в ночь. – За всех наших родичей, которых он убил. За Дженну. Пусть прольётся его кровь.

– Терпение, – сказал хоб. Его голос был для неё словно бальзам, утишивший гнев. – Скоро ты получишь желаемое.

Хенк перевёл взгляд с одного на другого. Его била дрожь. Он промок, замёрз и к тому же был напуган. Теперь он не видел врага, и от этого Хенку стало только хуже. Он думал о жутких чудозищах и адском знамени, развевавшемся над их рядами. Силы тёмного Воинства намного превосходили силы сидх.

Пальцы Хенка легонько дотронулись до клавиш концертины, лишь для того, чтобы вспомнить ноты марша. Будет ли инструмент играть в такую погоду? Может, для этого есть какое-нибудь специальное заклинание?

– Как мы узнаем, когда наступит время? – спросил он слабым голосом, который сам едва расслышал.

– Узнаем, – мрачно ответил хоб. – Не бойся, Хенк. Узнаем.

– Но чего они ждут? Тур пожал плечами.

– Приказа друихана? Предводителя? А может, просто собираются с силами.

– Но ведь они и так превосходят нас числом в три раза.

– Эти твари не отличаются отвагой, – ответила Лоириг.

По телу Хенка снова пробежала дрожь, и он стал молча ждать с остальными. Может, келпи и вправду считала, что враг боится, но Хенк не питал подобных иллюзий: среди сидх не было таких монстров, которые могли бы остановить войско, превосходящее их втрое.

– Ненавижу ожидание, – пробормотал он.

Никто из товарищей ему не ответил. Хенк втянул голову в плечи, ёжась от холода. Он промок до костей.

– Боже, – пробормотал он снова и умолк. Оставалось только ждать.

Глава 16

Когда Джеки освободила Кейт от заклятия Колорка и вернула её из бездны, какая-то часть пустоты все же осталась у неё внутри. Невидимая хватка друихана ослабла, и Кейт шлёпнулась на пол, но тело ей все ещё не повиновалось. Она не могла ни поднять головы, ни даже открыть глаз.

Воспоминание об этом жутком месте вонзилось ей в сердце, словно стальной шип. Нахлынувшие ощущения затопили её сознание, словно ревущий поток. Она свернулась калачиком, прижимая к себе Караид, будто желая укрыться от страшных воспоминаний и этого потопа.

×