Том Идзуми кивнул.

— Да, к сожалению.

В коридоре послышались громкие приближающиеся шаги. Идзуми поднялся с кресла и закрыл дверь на ключ.

— Что вы можете мне сказать о смерти Кальвина? — спросил Алекс, не сводя глаз с Тома Идзуми.

— Это было в апреле сорок восьмого года. Кальвин работал тогда директором стрельбища Калифорнийской Ассоциации Окружных Шерифов. Однажды он решил испытать новую винтовку и отправился почему-то в глухую чащобу на самом краю стрельбища. Один из патронов дал осечку. Кальвин бросил винтовку и направился к мишени, чтобы ее поправить. Неожиданно в этот момент патрон сдетонировал, и пуля попала Кальвину в голову. Смерть наступила мгновенно. Лишь на следующее утро какой-то охотник случайно наткнулся на труп моего брата, — Том на мгновение опустил глаза, а затем в упор взглянул на Алекса. — Это все, что я могу сказать. А что именно вы пытаетесь выяснить?

— Правду. Только правду, — Алекс не сводил с Тома взгляда. — Я знаю, что Кальвин погиб здесь, в Парке Грез. Мне известно, что произошел несчастный случай в игре, куда по недосмотру или умышленно попало настоящее боевое оружие.

Том Идзуми долго молчал. Затем он приоткрыл дверь и тихо произнес:

— Мне пора вернуться к работе. Уверен, что вы меня поймете.

— Да, я понимаю, — спокойно ответил Алекс, — что вы пытаетесь выгородить Парк Грез. Ценю вашу преданность. Только учтите, что у нас есть всего один шанс, чтобы найти виновного в смерти вашего брата. Неужели вы мне не поможете? Я уверен, что можно все выяснить, ничего не сообщая публике.

Идзуми сел в кресло.

— Что-то я не понимаю. Каким же образом?

— Сейчас идет игра «Ядерная зима».

— Я знаю.

— Там снова играет та самая женщина.

Идзуми задумался.

— Ну и что?

— Какие-то люди вывели эту женщину из игры. Я же вернул ее назад. И это, Том, пока все, что я смог сделать. Я еще не до конца понимаю тонкости происшедшего и роли этой женщины во всей истории. Так вот… Помогите мне. Кто-то очень сильно напуган. Если у меня будет достаточно информации, я вычислю того, кто приложил руку к гибели вашего брата.

— А если не сможете?

— Что ж… Хуже не будет. Я не хочу ничего, что подвергло бы опасности Парк Грез или вашу семью. По крайне мере, мы будем знать, что сделали все возможное.

Идзуми долго оценивал слова Алекса. Наконец он произнес:

— Все возможное… Хорошо… Кальвин всегда стремился к активному образу жизни. Ему доверили роль эскимоса в одной из игр на Игровом Поле «А». Разумеется, никто не ожидал подобного. Поэтому, когда нам позвонили и сообщили, что произошло ужасное несчастье, было для меня и матери громом среди ясного неба.

— Кто вам позвонил?

— Один из докторов.

— Хорошо, продолжайте.

— В это время мы с матерью работали на компьютерах. Неожиданно очистился дисплей, и на нем появилось изображение доктора Вэйл-за… Нет, Вэйла.

— Шеф Психиатрической Службы?

— Тогда он был просто одним из психиатров. Правду знали с полдюжины агентов Службы Безопасности и трое из медицинского персонала. Все они поклялись молчать. Когда нам показали тело, мы должны были сделать выбор.

— Что же дальше?

— Моя мать впала в истерику, и мне пришлось долго ее успокаивать. Вскоре выяснилось, что правосудие беспомощно. Если бы мы стали искать убийцу или убийц, то задели бы интересы сильных мира сего. Так нам намекнули. Поэтому дело вскоре закрыли, и этому, мистер Гриффин, мы помогли сами, — Том тяжело вздохнул. — Все это убило мою мать. Она протянула всего лишь год.

— Вы с Кальвином близнецы?

— Нет, — покачал головой Том. — Мы не близнецы и даже не двойняшки. Просто по чьему-то наущению мне сделали пластическую операцию. Мы с Кальвином были примерно одного роста. К этой конспиративной истории подключили лучшего врача-косметолога. После операции меня стало невозможно отличить от Кальвина. Под видом брата я дважды ездил на конференции. Смерти Кальвина для ученого мира как бы не существовало.

— Вы сказали, что не смогли бы расследовать это дело публично. А если тихо, без лишнего шума?

Том Идзуми беззвучно рассмеялся:

— Мы и так уже досконально изучили это дело. Есть только два пути, по которым настоящее огнестрельное оружие могло попасть в ту игру.

Алекс подался вперед.

— Интересно, какие же?

Идзуми кивнул и произнес:

— Хорошо. Идемте со мной.

* * *

Сэнди Хресла сидела у подъезда здания, где располагалась Служба Технического Обслуживания. От частого и долгого сидения под палящим солнцем кожа Сенди приобрела темный бронзовый цвет.

Выйдя из транспортной капсулы и заметив шефа Службы Технического Обслуживания, Алекс улыбнулся и напрямую спросил:

— Значит, вы об этом тоже кое-что знаете? Сэнди кивнула.

— Наша Служба единственная, которая знает все ходы и выходы и вообще все, что касается проведения игр. В то время я была младшим сотрудником, но хорошо знала и Кальвина, и Тома. Правду об этой истории мне рассказал Том.

Алекс подозрительно взглянул на Сэнди, но на всякий случай понимающе кивнул. Он вдруг почувствовал себя новичком-дилетантом, от которого все старательно скрывают самую значимую информацию.

— И к какому решению вы пришли?

— Мы стали досконально все разбирать и кое-что выяснили.

Сэнди пригласила Алекса и Тома в свой офис, вскоре все трое рассматривали на экране компьютера голографическую карту Парка Грез. Изображение постепенно увеличивалось, и Алекс наконец разглядел купол Игрового Поля «В», находящегося недалеко от Поля «А», но не имеющего с ним ни общих стен, ни общего пространства.

— Если я не ошибаюсь, — продолжила Сэнди, — эта игра была какая-то зимняя, связанная с эскимосами. Снег, лед, тусклое солнце… Мы тогда намучились с холодильниками.

— Да. «Ядерная зима», — кивнул Гриффин.

— В той игре игроки потеряли почти все, кроме оружия, оставшегося после воздушной катастрофы. Оружие было необходимо им по сценарию, чтобы сразиться в последней битве. Это сейчас оружие закодировано и пронумеровано, а тогда то роковое ружье ничем не отличалось от реквизита Парка. Кто-то тайком пронес эту винтовку под занавес игры и подсунул ее этой… Как ее зовут?

— Мишель Старджен, — подсказал Гриффин.

— Да, кажется. У нее в этой игре была наивысшая сумма баллов. Может, именно из-за этого ее и выбрали.

Алекс задумался. Арсенал Парка охранялся так, как, возможно, не охраняются склады в регулярной армии. Все оружие проверяется и перепроверяется, все технические данные записываются в память компьютера. Некоторое оружие не способно даже выстрелить, другие же виды — плод фантазии Исследовательского Центра. Но было много оружия антикварного или списанного из армии. Такое оружие требует доводки в безопасности.

Том Идзуми провел пальцем по экрану, где были изображены подземные тоннели.

— Та винтовка попала на Поле отсюда, со стороны служебного входа, или отсюда, откуда входят игроки. Коридор, по которому вносится оборудованиег строго охраняется. Но есть интересная деталь. После игры исчез один из эскимосов. Он навел всех на ложный след и скрылся, сбежал из страны.

Гриффин заинтересовался:

— А фотографии?

— Фотографии остались, — сказал Идзуми. — Я пришлю их в офис перед ленчем.

— Значит, — подытожил Гриффин, — именно один из актеров пронес настоящее ружье, зарядил его, а безопасное куда-то спрятал.

Сэнди кивнула.

— Мне кажется, это самое простое и реальное объяснение.

Алекс надолго задумался.

— Нет, все-таки маловато информации, — наконец произнес он. — Мне кажется, что ответ должен быть совсем простым. Как звали того актера?

— Себя он называл Тоби Ли Харлоу-младший, — ответил Идзуми. — Были подняты все данные, все файлы. Я вывел их из системы и сохранил.

Гриффин с благодарностью посмотрел на Тома Идзуми и Сэнди Хресла; на его лице вновь появилась легкая улыбка.

ГЛАВА 19

СТАРЫЕ ДРУЗЬЯ

Офис Миллисент Саммерс располагался у Голубой Лагуны — водоема с лечебной водой. Из огромного, во всю стену, окна была видна безмятежная гладь, которую время от времени беспокоили прыгуны с вышки.

×