Фекеш задумался, пытаясь вспомнить, откуда ему знакомо имя этого арестанта. Он нажал клавишу «Возврат». Неожиданно Фекеш захлопал в ладоши и громко расхохотался, дивясь симметричности и законченной логичности жизни. Конечно же… Он использовал этого Макуиртера против «Парка Грез», а теперь Гриффин осмелился натравить заключенного против него!

Макуиртера необходимо убрать. Сам Гриффин умрет позднее, а сначала помучается ожиданием смерти.

Макуиртера не будет. Коллия Азиз лежит около мусорного бака с перерезанным горлом. Засохшая кровь, наверное, испортила ее платье и роскошные волосы…

Фекеш откинулся в кресле. Через минуту его пальцы застучали по клавишам. На экране вдруг появилось и тут же исчезло изображение Коллии Азиз. Что это было? Фекеша бросило в пот. И зачем только он сохранил запись ее убийства?

Фекеш закрыл глаза. Горло сдавило, руки дрожали. Сейчас же он даст команду своим людям в Чино, и они навсегда закроют рот паршивому мальчишке, даже если он прячется в одиночной камере.

Клавиша нажата. Но на дисплее почему-то появилось изображение какого-то азиата, лежащего на окровавленном снегу. У его ног валяется меховая эскимосская шапка. Азиат сражен выстрелом. Подпись: «Идзуми».

Фекеш чуть отодвинул кресло от компьютера и вновь нажал на клавишу. На этот раз на экране появилось изображение какого-то механического цеха, где на полу, придавленный огромной стальной балкой, лежал рабочий. Подпись гласила: «Несчастный случай на „Колорадо Стил“.

Фекеш встал, открыл кейс и ощутил приятную прохладу пистолета. Сволочи! Они добрались до него, нашли его в святая святых — в его офисе! Теперь Фекеш не чувствовал себя в безопасности, теперь он не сомневался, что «Парк Грез» хочет убить его.

Фекеш усмехнулся. Ладно. Пусть попробуют найти. Они даже не знают, как трудно это сделать. Он нажал на кнопку в стене рядом с баром. Бар отодвинулся, и за ним оказался секретный лифт.

Фекеш спустился вниз. Двери открылись. Держа наготове пистолет, Фекеш медленно вышел из лифта. Холл был пуст.

Вот и компьютерный пост, здесь тоже никого. Внезапно Фекеша охватил страх. Двери оказались заперты.

Фекеш подошел к телефону и набрал свой персональный номер.

— Извините, — издевательски отозвался записанный на автоответчик голос. — Эта линия временно не обслуживается.

Молчала и специальная линия охраны. Все отключено. Фекеш вспомнил о пожарной лестнице, но аварийный выход был наглухо заколочен.

— Сволочи! — в сердцах бросил Фекеш и подбежал к широкому вентиляционному отверстию в стене.

Вентиляция работала. Но куда ведет эта труба? И почему ладонь не чувствует потока воздуха? Фекеш закричал: вентиляция откачивала воздух из холла.

Воздух… воздух… Вот почему так трудно дышать и вот почему так бьется сердце. Фекеш снял пиджак и заткнул дыру, но воздух все равно просачивался.

Стараясь не паниковать, Фекеш огляделся и направил пистолет на витражное стекло, но не выстрелил. Он вспомнил, что стекла здесь пуленепробиваемые.

Все. Это был конец. Фекеш сел на стул и опустил голову. Перед глазами поплыли темные круги, а вскоре — кресла, столы, пальмы, фикусы… Его подхватила струя теплого воздуха и понесла куда-то ввысь. Земля уменьшилась до размеров теннисного мячика…

— Гриффин… — прошептал Фекеш.

Мир стал черным и красным, а затем все куда-то провалилось.

Эпилог

Сидя в кресле у окна, Гриффин повернул лицо к Миллисент. Его спина разламывалась от боли, а бедро и левый локоть были перевязаны.

— Ну, как вам наш Фекеш?

Было без пятнадцати девять утра. Словно бы предчувствуя плохое настроение шефа, Миллисент явилась в офис за полчаса до начала работы и сварила специальный кофе без кофеина. Сейчас она сидела за своим столом и смотрела на монитор компьютера. Как друг и помощник, Миллисент всегда замечала настроение Алекса и теперь решила отвлечь его внимание.

— Это называется «полная органическая мозговая дисфункция из-за кислородного голодания».

— Это по-медицински. А проще говоря, теперь у него вместо головы задница?

— Не только, — Миллисент оторвала взгляд от монитора. — Еще массивная моторная дисфункция, которая вызывает кошмары. Провалы памяти. Умственный уровень десятилетнего ребенка.

— А как же последние слова, которые он набрал на компьютере?

— Откуда ты знаешь? — с подозрением спросила Миллисент. — Он не дописал… Вообще-то Фекеш призывал своих сторонников бойкотировать «Парк» и Проект «Барсум».

— Это не интересно.

— Тогда более интересным для тебя окажется факт, что Фекеш был слишком нездоровым для того, чтобы удовлетворять свои финансовые амбиции. А сейчас он недееспособен. Эта клиника в Ла-Меса… Не там ли подрабатывает доктор Вэйл?

— Несколько часов в месяц, — ответил Алекс, почесывая левый локоть. — Я уверен, что за Фекешем там ухаживают на высшем уровне.

— У «Коулз» есть пакет акций этой клиники.

— Я не удивлен.

— А недавно, — сообщила Миллисент, — «Коулз» купила пакет у компании по ремонту лифтов. Кстати, это компания Фекеша. Боже, Алекс, не знаю, кого мне бояться больше: тебя или Вэйла?

— Не надо искать криминал в каждом случайном совпадении, — посоветовал Гриффин.

Миллисент присела рядом с Алексом. — Грифф, сколько же ты пережил из-за этого дела…

— Нисколько, — хмыкнул Алекс. — Я просто открыл ящик, и из него высыпалось все, что мне было нужно. Но я не уверен, буду ли еще открывать ящики, где полно тараканов.

— А что ты делал ночью семнадцатого июня? — неожиданно спросила Миллисент.

— То же, что и ночью двадцать пятого. Миллисент рассмеялась:

— Но это же будет только сегодня!

Она машинально открыла папку на соседнем столе, и под обложкой неожиданно оказалась акварель Марти Боббека.

— Бедный Марти…

— Он не ест уже две недели, — сообщил Гриффин. — И мы не имеем права кормить его насильно.

Миллисент покачала головой.

— Марти надо перевести на диету «Парка». Пусть теряет по фунту в день, и тогда он никогда не будет голодным, — вдруг Миллисент осенило: — А что, если с ним поговорит кто-нибудь из игроков?

Открылась входная дверь, и на пороге предстал высокий худощавый молодой человек. Он выглядел бледным и осунувшимся, но улыбка его была искренней.

— Гриффин, — вместо приветствия сказал молодой человек, — вы сдержали свое слово.

Алекс улыбнулся.

— Тони, вы свое сдержали тоже. Вам надо зарегистрироваться в муниципалитете «Парка». А впрочем, я, как вновь выбранный шериф «Парка Грез» ограничиваю ваше пребывание в радиусе не далее двух миль от моего офиса. Других ограничений не будет.

Гриффин и Макуиртер взглянули друг на друга и почувствовали некоторую неловкость. Тони оглядел комнату и сквозь окна увидел кусочек «Парка».

Проект «Барсум» завершился. «Парк Грез» теперь даже посветлел и вновь был готов принять несметные толпы публики со всего мира.

— Я чувствую себя как-то странно, — признался Макуиртер. — Я даже не верю, что мне дали такой шанс.

— Тони, все можно начать сначала. Мне хотелось бы, чтобы вы работали у нас, в службе безопасности.

— Спасибо, — искренне ответил Макуиртер и направился к двери.

Милли и Алекс проводили гостя взглядами.

Гриффин почему-то подумал о Кариме Фекеше, томящемся в Ла-Меса, об опытах доктора Вэйла и почувствовал себя крайне неуютно.

— Знаешь, что надо сделать? — поняв состояние шефа, предложила Миллисент. — Давай вдвоем запишемся в новую игру «Кораблекрушение». На следующей неделе. Я была бы не против стать твоей подружкой на целую неделю.

— На целую неделю? — рассмеялся Алекс.

— Тропическое солнце, — не обратив внимания, продолжала Миллисент, — поиски черепашьих яиц, покорение диких народов…

— Не знаю, — устало выдохнул Алекс. — Я чудовищно занят.

— Кстати, — хитро прищурилась Миллисент. — Я счастлива узнать, что ты получил целых три недели отпуска. Откажешь мне — я попрошу Вэйла дать тебе психотропный препарат.

×