— Нет, ни в коем случае! — сказала Наташа определенно. — Поймите, это же рынок! Мы просто обязаны совершенно точно знать, кто наши союзники, а кто враги, с кем мы сотрудничаем и у кого место под солнцем отнимаем.

— И вы, то есть ваша фирма и сучковская, вполне умещались под солнцем?

— Конечно! — Наташа выглядела совершенно искренней. — Говорю же, мы даже собирались производство увеличивать — и мы, и Сучков.

— А это могло кому-нибудь помешать? Наташа некоторое время напряженно и пристально смотрела на меня, потом отрицательно покачала головой.

— Насколько я знаю, нет, — сказала она. — Бизнес у нас мирный, спокойный, ну кому мы можем помешать…

— Значит, убийство Сучкова могло произойти только из личных причин! — подытожила я.

Наташа продолжала смотреть на меня напряженно и очень серьезно.

— А Анжелка? — спросила я. — Она хоть немного бизнесом своего мужа интересовалась? Или заставляла его вкалывать, а сама только деньги швыряла направо и налево?

— Да-да, — подтвердила Наташа, — вот это последнее ближе к истине. Она и «Ауди» заставила его купить. Он хотел фургон, как у нас, нанять шофера… А Анжелика говорит: нет, нам нужна нормальная, престижная машина, как у людей…

— И Сучков послушался?

— А куда ж ему было деваться? Он выполнял любой ее каприз.

Я рассказала о моем сегодняшнем приключении — как видела Анжелку, садящуюся в черную «Ауди», и думала, что это машина ее нового поклонника.

— Нет, — сказала Наташа грустно. —Это теперь ее машина.

— А мы сегодня часа три голову ломали, — сказала я. — Сначала номер вспоминала, потом определяли по нему ее хозяина. И выяснилось, что хозяин — тот же Сучков… Так обидно было, что столько усилий потратили зря. И что ниточка оборвалась… Наташа вежливо, но безразлично кивнула.

— Кстати, еще у вас хотела спросить, продолжала я, — вы говорили, что у Сучкова был богатый покровитель, который ему деньги на его бизнес давал. Вы не знаете, кто это и как его найти?

Наташа посмотрела на меня озадаченно.

— Богатый покровитель? — сказала она удивленно. — Ах, вы, наверное, имеете в виду его дядю?..

— Да, наверное, — сказала я. — Адвоката я уже расспрашивала, но он ничего не знает…

— Мы с Игорем тоже толком ничего не знаем, — ответила Наташа. — Нам Дмитрий ничего не рассказывал, мы все от других, по слухам знаем.

— Он вам не рассказывал? — спросила я удивленно. — Про родного дядю?

— У него с ним сложные были отношения, — пояснила Наташа. — Дядя же ему все свои сбережения отдал, чтобы тот свое дело открыл. А потом у Дмитрия начались проблемы, он просил денег еще и еще. И дядя давал и давал. А Димка отдавать не мог — нечем было… А потом инфляция началась, все дядины деньги вылетели в трубу.

Мы с Костей напряженно переглянулись.

— Однако, — сказала я, — это неплохой мотив для убийства — растрата денег…

Наташа вытаращила на меня глаза, некоторое время смотрела с ужасом, потом ее голова вдруг устало поникла. Я тщетно ждала, что она что-нибудь скажет, но Наташа сидела молча.

— Ирина, — тихо напомнил мне безмолвствовавший до сих пор Костя. — Про бородавчатого…

— Ах да! — спохватилась я. — Наташа, скажите, имя Михаил Завьялов вам что-нибудь говорит?

Та с сомнением покачала головой.

— Такой высокий, неуклюжий, — это мне помогал Костя, — с большой бородавкой на щеке?

— Вы меня уже спрашивали про него! сказала Наташа. — Говорю же, нет, я такого не знаю!

— Однако участием в нашей программе «Женское счастье» вы обязаны именно ему! — И я пересказала всю историю с начала. Наташа смотрела на меня, от удивления широко раскрыв глаза.

— Что за бред?!

— воскликнула она, когда я кончила. — Не случалось с нами ничего подобного! Пьяных на улице подбирать… Для этого же есть милиция!

— Значит, бородавчатый тоже все врет, — сказал Костя. — И зачем это ему?

— А зачем ему было рассказывать про разборку всем на телевидении? — спросила я.

— Про разборку? — спросила Наташа озадаченно. — А откуда он знает про нее?

— А вот это самый интересный вопрос, — сказала я. — Если он там был, почему я его не видела?

— Он стоял в толпе, — отвечал Костя Шилов, — и прятался.

— От кого прятался? От меня? Он же в меня влюблен! То целую неделю каждое утро ждет меня у проходной, чтобы поздороваться, а то прячется от меня в толпе?

— Почему он знает Игоря и Наташу, а они его нет? — продолжал Костя.

— И если он видел Игоря на разборке, пусть сам пойдет в милицию и расскажет там про это! — сказала я. — Почему он все время подталкивает к этому меня?

— Вот что! — сказал Костя решительно, в то время как Наташа испуганно, с любопытством смотрела на нас обоих. — Завтра мы отправимся к вашей Анжеле и душу из нее вынем, пока она не скажет, где этого бородавчатого можно найти. Вы, Ирина Анатольевна, не смотрите на меня с таким ужасом. Это — жизнь. Завтра в восемь утра я на машине жду вас возле вашего подъезда, хотите вы того или нет!

— Хорошо, замечательно! — Я видела, что спорить с Костей бесполезно. — Но мы возьмем с собой Володю. Мы тоже когда-то, как и вы, Наташа, семьями с Сучковыми дружили. Вот и будет хороший повод к Анжеле теперь нанести визит.

С этими словами мы решили, что пора прощаться. Время было уже позднее, Володька дома, наверное, с ума сходит, думая, что за чертовщина происходит: второй день подряд его жена уходит из дома рано утром и возвращается поздно вечером, будто подрядилась вкалывать сверхурочно.

Глава 3

В машине зазвонил телефон. Костя Шилов, не отрывая взгляда от дороги, точно натренированным движением снял трубку, сказал «да», потом через некоторое время «нет, вы не туда попали». Потом, еще через пару секунд, «нет, нет, это не магазин, это — другое…» — после чего так же уверенно, не глядя, положил трубку на рычаги, укрепленные где-то внизу около радиоприемника. В немом восхищении перед этим чудом техники — автомобильным радиотелефоном — глядели мы с Володькой на манипуляции Кости с заднего сиденья, мчась по ухабистым улицам города на Вторую Дачную, в гости к Анжеле Сучковой.

— Костя, — сказала я, — а в другой город по нему позвонить можно?

— Только в Покровск. — Костя на мгновение повернулся в мою сторону. — У него прием как у мобильника — собственно, это и есть мобильник.

Покровск — небольшой городок, прямо напротив Тарасова, на левом берегу Волги. Наш город — на правом. Между городами автомобильный мост, так что они были фактически одним целым.

— Когда пятнадцать лет назад, — продолжал Костя, — эту «Волгу» покупали, считалось большим шиком на ней радиотелефон установить. А сейчас он как бы и ни к чему. У каждого начальника свой мобильник.

Костя умолк, глядя на дорогу и ища способ обогнать в узком проулке едва ползущий автобус. А я посмотрела тем временем на сидящего рядом Володьку: казалось, он был доволен поездкой.

А между тем вытащить его на воскресную автомобильную прогулку стоило мне немалых усилий. Когда-то — теперь в это уже не верится! — он каждый выходной отправлялся, смотря по времени года, или на велосипеде, или на лыжах, или просто пешком в загородный лесопарк, а теперь даже из постели вылезать не хочет. Все бы ему туда, прямо в постель, и подали, и завтрак, и пульт телевизора.., а затем и обед!..

Утром я сказала ему:

— Володька, сейчас Костя Шилов приедет, поедем с тобой в гости.

— Это еще куда? — спросил он, зевая и сладко потягиваясь.

— На Вторую Дачную, — сказала я невинно. — К Анжелке Сучковой. Помнишь, мы как поженились, бывали у нее и ее мужа в гостях? Потом как-то раззнакомились… Это ее мужа, Димку Сучкова, позавчера, в пятницу, убили.

Володька аж подскочил в постели и уставился на меня во все глаза.

— Да ты что! — воскликнул он. — То-то я смотрю, Сучков — фамилия какая-то знакомая.

— Вспомнил, вот и отлично! — сказала я бодро. — А теперь вставай, умывайся, одевайся. Завтрак на столе. Сейчас Костя прибудет, поедем, засвидетельствуем Анжелке наши соболезнования в связи с трагической смертью ее мужа.

×