Последние комментарии

  • Лия (СИ)

    Замечательная книга. В восторге от фантазии аатора. Спасибо за Вашу работу, Ася.
  • Везучий человек

    Капец! Автор- мастер длинных предложений. Пока дочитаешь до конца, забываешь , что было в начале.
  • Охотник из Тени (Трилогия)

    такое ощущение что воздушный стрелок и это произведение писали два разных человека...после *воздушного стрелка* читать данное произведение...ну как то не очень

Сериия книг "Война. Штрафбат. Они сражались за Родину"

Сибиряк. В разведке и штрафбате (Охотник) - Корчевский Юрий Григорьевич
Сибиряк. В разведке и штрафбате (Охотник)
Он вырос в глухом сибирском поселке, в роду охотников-промысловиков, и стрелять научился раньше, чем читать и писать. На передовой его прозвали «Сибиряк» и «Охотник» – он умеет маскироваться на «нейтралке» не хуже, чем в тайге, и отстреливает гитлеровцев, как дичь: на его снайперском счету уже под сотню врагов. Но фронтовая судьба переменчива – и Сибиряку придется воевать не только снайпером, но и минером-подрывником, и диверсантом, и в войсковой разведке, и в штрафбате… Читайте новый военный боевик от автора бестселлеров «Фронтовик» и «Танкист живет три боя»!
Добровольцем в штрафбат. Бесова душа - Шишкин Евгений Васильевич
Добровольцем в штрафбат. Бесова душа
За крутой нрав его прозвали «Бесова душа». Он получил срок за бытовое убийство. Он должен искупить свою вину кровью. Из лагеря он отправляется в штрафбат — чтобы принять боевое крещение на Курской дуге…
Фронтовик. Без пощады! - Корчевский Юрий Григорьевич
Фронтовик. Без пощады!
Вернувшись с фронта домой и поступив на службу в милицию, бывший войсковой разведчик осознает, что он снова на передовой, только война идет уже не с гитлеровскими захватчиками, а против уголовного отребья. Пока фронтовики проливали кровь за Родину, в тылу расплодилась бандитская нечисть вроде пресловутой «Черной кошки», на руках масса трофейного оружия, повсюду гремят выстрелы и бесчинствуют шайки. А значит – никакой пощады преступникам! Никаких интеллигентских соплей и слюнявого гуманизма! Какая, к черту, «эра милосердия»! Какие «права человека»! Вор должен сидеть в тюрьме, а убийца – лежать в могиле! У грабителя только одно право – получить пулю в лоб! И опер-фронтовик из «убойного отдела» начинает отстреливать урок как бешеных собак. Он очистит родной город от бандитской сволочи! Он обеспечит уголовникам «место встречи» на кладбище. Он разоблачит «оборотней в погонах» и, если надо, сам приведет смертный приговор в исполнение.
Раскаленная броня. Танкисты 1941 года - Кисляков Максим Валерьевич
Раскаленная броня. Танкисты 1941 года
В бронетанковом училище им твердили, что «Красная Армия всех сильней», а нашим боевым машинам нет равных. Они верили, что «если завтра война, если враг нападет», СССР разгромит агрессора «малой кровью, могучим ударом». Но летом 1941 года все идет совсем не так, как в победных маршах и пропагандистских фильмах. Их трехбашенный Т-28 подбит в первом же бою. Контрудар 15-го мехкорпуса провалился, в штабах неразбериха, управление войсками потеряно, части вводились в бой по отдельности и были разбиты поодиночке, понеся огромные потери. Сможет ли «экипаж машины боевой» отбить у врага трофейный танк и прорваться из «котла»? На что способен одинокий Т-28, двинувшись в «яростный поход» по немецким тылам? И есть ли шанс у наших танкистов вернуться живыми из этого отчаянного рейда?
Т-34. Выход с боем - Лысёв Александр
Т-34. Выход с боем
Февраль 1944 года. После ожесточенного боя с немецкими «Пантерами» советские танкисты попадают во вражеский плен. После нескольких попыток побега капитана Терцева и его мехвода Ветлугина переводят в лагерь, обслуживающий полигон, где немцы учат своих артиллеристов поражать советские танки. За капитаном ведется строжайший надзор – его ни на минуту не оставляют без присмотра. Но в голове Терцева рождается план дерзкого побега. Он с Ветлугиным угоняет Т-34 прямо из-под огня врага. Удастся ли нашим танкистам прорваться к своим из глубокого немецкого тыла? И кто из них поставит победную точку в противостоянии с фашистскими танковыми асами, расписавшись на стене поверженного Рейхстага?